Степной отзвук

Еще с утра в субботу 8 сентября 1907 года на некоторых домах Платовского проспекта Новочеркасска были вывешены государственные флаги. В Вознесенский собор потянулось необычно много горожан. В этот день «Донские областные ведомости» сообщали: «Сегодня после Божественной литургии в Новочеркасском кафедральном соборе имеет быть совершено благодарственное Господу Богу молебствие по случаю счастливого избавления Их Императорских Величеств с Августейшим Семейством от угрожавшей опасности на яхте «Штандарт».

Что же приключилось с царской семьей? В августе императорская яхта отправилась в плавание в Финляндские шхеры — лабиринты из небольших скалистых островов близ берегов Финляндии. В последний день месяца в газетах появились тревожные сообщения об аварии «Штандарта». Была помещена следующая телеграмма министра Двора: «29 августа в три часа дня Императорская яхта, огибая остров, наскочила на камень, не обозначенный на карте, и плотно села серединой… Их Величество с Августейшими детьми перешли на посыльное судно „Азия“, где и провели ночь. Немедленно были приняты все меры к снятию яхты с камня, вытребованы спасательные пароходы из Ревеля в Гангэ. Их Величество посетил „Штандарт“ для ознакомления с ходом работ по снятию яхты с камня и откачке воды».

Примечательно, что это сообщение, как и последующие, были помещены не только столичными, но и донскими газетами. В телеграмме за 30 августа говорилось: «Крен яхты на правый борт уменьшился до 5 градусов, корма поднялась на 2 фута выше носа. Носовое отделение и обе кочегарки наполнены водой, которую непрерывно откачивают». В телеграмме за 31 августа подчеркивалось: «Удар от столкновения с камнем был столь силен, что котлы яхты сдвинулись с места».

Сентябрьские сообщения с места аварии носили более оптимис­тический характер и подробно излагали всю дальнейшую эпопею спасения «Штандарта». В одном из заключительных сообщений отмечалось, что «6 сентября началось предварительное следствие о постановке императорской яхты на камень близ Гангэ». Вначале в царском окружении предполагали наличие злого умысла, приведшего к аварии, но затем убедились в отсутствии такового. Впрочем, там и без всякого следствия было известно, что плаванием яхты руководил адмирал К.Д. Нилов, сильно злоупотреблявший спиртным. Вот как описал в своих мемуарах ситуацию со следствием видный государственный деятель того времени граф СЮ. Витте: «Во время плавания по шхерам яхта его величества „Штандарт“ была посажена на подводный камень. Сначала предполагали, нет ли здесь какого-либо покушения, но затем скоро убедились, что никакого покушения не было, и произошло это от полнейшей неопытности наших моряков и главным образом адмирала, состоящего при его величестве, флаг капитана Нилова. Этот Нилов — прекрасный малый, большой кутила, вечно находится под влиянием паров Бахуса, очень предан государю, любим государем».

Вскоре сообщения о ликвидации последствий аварии и рассуждения о ее причинах исчезли с газетных полос. Происшествие забылось. Большой ажиотаж, поднятый первоначально в газетах вокруг аварии, был, конечно же, неслучаен. Бесспорно, что во время этого инцидента императору и его семье никакая серьезная опасность не угрожала. Дело в другом: повышенное внимание, прикованное прессой, к событию у берегов Финляндии, послужило одной из последних попыток консолидации российского общес­тва вокруг Николая II. Многие донские периодические издания так или иначе способствовали реализации такого варианта достижения социаль­ного сплочения. Поток материалов в новочеркасских газетах, ставший свое­образным степным отзвуком событий в далекой Финляндии, подтверждает это. Однако история распорядилась по-иному: вожделенной консолидации общества вокруг императорского трона достичь уже не удалось.