Царская рыбалка

В одном из мартовских номеров Новочеркасской газеты «Донская речь» за 1889 год было рассказано о посещении Александром IIIВсероссийской рыбопромышленной выставки в Петербурге. Осмотр обширной экспозиции, располагавшейся в Михайловском манеже, занял у царя и его свиты четыре часа. Однако больше всего времени, пожалуй, Александр провел у экспонатов, присланных с берегов Дона. Для этого была особая причина: за двадцать лет до этого царь принял участие в грандиозной рыбалке, устроенной донскими казаками.

Вспоминают, что в начале августа 1869 года будущий император Александр IIIпосле трехдневного пребывания в Новочеркасске отправился в станицу Елизаветинскую. Там он выезжал вместе с местными казаками на многочасовой рыбный промысел, устроенный в традициях донского края.

Улов был превосходным, но самым главным его достижением стала пятнадцатипудовая белуга, вытащенная на глазах августейшего гостя. Восторгам не было конца. Разговоры о гигантской белуге долго занимали Александра и его свиту, уже покинувших донскую землю, во время их дальнейшего путешествия на отдых в Ливадию. Этот эпизод настолько врезался будущему монарху в память, что даже спустя два десятилетия не померк в пестром калейдоскопе изысканных впечатлений. В Михайловском манеже царь недаром принялся расспрашивать о «секретах» рыбацких снастей, применяющихся на Дону.

Казакам-елизаветинцам было что показать на Всероссийской выставке. Станичный атаман Сухорукое, войсковой старшина Клевцов и урядник Костин, собравшие уникальную экспозицию, удостоились чести представлять в северной столице все Войско Донское. Любопытно, что старшина Клевцов был послан на выставку, как сообщалось в выданных ему документах, «с научной целью». Это означало, что ему предписывалось не только тщательно перенимать чужой опыт, но и щедро делиться накопленными на Дону навыками рыболовства.

Такое предписание было вполне выполнимо особенно в его последней части. Донская экспозиция оказалась у всех на виду. У нее постоянно тол­пились посетители, среди которых было немало иностранцев. Описывая эту экспозицию, «Донская речь» свидетельствовала: «Витрина наша — вторая от входа в манеж; занимает 70 квадратных аршин; декорирована сетями, неводами и флагами с гербом Донского Войска посередине. Устроена она на пиках, шашках и винтовках лейб-гвардии Его Величества и лейб-гвардии Его Высочества Наследника Цесаревича полков».

Великий князь Сергей Александрович, сопровождавший царя при осмотре выставки, устроил у себя в тот же воскресный день званые танцы. Они были однако омрачены пересудами о болезни царской дочери Ксении Александровны. Гости чувствовали себя скованно, будто попали в символическую сеть. Тут же появилась шутка о том, что все их танцы напо­минали один единственный, «исполнявшийся» донской белугой, о которой было столько разговоров на выставке. Шутка пошла гулять по Петербургу и даже получила международную огласку. Вскоре она оказалась в про­странном послании, отправленном дипломатической почтой в Париж.