Дерзкий замысел

Сотую годовщину знаменитой Дейпцигской битвы отмечали во всем мире в октябре 1913 года. Исключение коснулось лишь донских казаков. По особому соизволению Николая II лейб-гвардии казачий полк отличившийся в этом сражении, отпраздновал юбилеи вне рамок многочисленных празднеств — уже в следующем 1914 году. Таким жестом российские власти решили воздать должное исключительным донских казаков в памятной баталии. Специальное честной, и гвардии казачьего полка стало впечатляющим напоминанием о лег подвиге донских кавалеристов, спасших в этом сражении императора Александра Iот пленения и предопределивших щ немалой степени исход битвы.

Торжества проходили в Петербурге в конце января того года целую неделю. На них присутствовал Николай IIи члены августейшей семьи. Завершились они высочайшим завтраком, устроенным в честь казаков в Николаевском зале Зимнего дворца. В газетах подробно описывалось это застолье. Сообщались его «детали»: за столом справа от царя были посажены генералы — казаки Жеребенков, Родионов, Орлов, слева — Новосильцев, Тюномаров и офицеры — лейб-гвардейцы.

Особый интерес вызвал юбилейный подарок, преподнесенный Николаем II донским казакам во время описываемого застолья. Вот одно из газетных сообщений по этому поводу: «Ко дню юбилея Лейпцигской битвы Государь Император пожаловал полку картину кисти академика Розена, изображающую славную атаку лейб-казаков под Лейпцигом. Эта картина находилась в концертном зале во время его обхода Их Императорским Величеством. В Зимнем дворце состоялся высочайший завтрак. За завтраком выступал оркестр трубачей лейб-гвардии казачьего полка».

В те дни в Новочеркасске также царила праздничная обстановка. В местных газетах высказывались различные предложения об увековечивании подвига донских казаков в Лейпцигской битве. В печати напоминали, что во время юбилейных торжеств в Лейпциге был открыт храм-памятник русским войнам, погибшим в историческом сражении. Причем, почти все внутреннее убранство этого белоснежного сооружения, увенчанного золотой маковкой, — «усердный дар Войска Донского». На месте небывалой битвы объединенных сил европейских стран с войсками наполеоновской коалиции был создан и другой величественный монумент, напоминающий о погибших в ней посланцах многих народов. Он стал одним из первых мемориалов, символизирующих торжество народов в борьбе с силами тирании.

В донской прессе было высказано предложение, взяв пример с Лейпцига, создать в Новочеркасске свой памятник, посвященный землякам-героям знаменитого сражения. Это был дерзкий замысел, ведь оба лейпиигских памятника исторической битвы — уникальны. А мемориал «общеевропейской скорби» — один из самых гигантских монументов, когда-либо устанавливавшихся на планете. Он сродни по своим масштабам египетским пирамидам (внешне представляет собой усеченную пирамиду). Словом, соперничать с монументами Лейпцига — задача не из простых. В печати, правда, оговаривалось, что речь должна идти о «скромном» памятнике, но, бесспорно, необычном. «Такой памятник, — писали „Донские областные ведомости“, — помимо войсковой славы принес бы неоценимую услугу потомкам, будя в их сердцах воспоминания о заслугах и доблестях былого казачества».

Мечтам о новом монументе в Новочеркасске не суждено было, однако, сбыться. Все планы остались на бумаге. Вскоре Россия вступила в полосу жестоко военного лихолетья.