форум казачий стан
  Добавить в избранное    онлайн радио
Вам нужно авторизоваться. Забыли пароль? Регистрация
Январь пт. 19 2018 г. в 18:49
КАЗАЧИЙ РАЗГОВОРНИК
КАЗАЧЬИ ПЕСНИ
10 Топ видео
Календарь




rss2.0



История и статьи

64 - И лиры звук, и сабли звон

Добавлено: 2010-06-29 13:29:41

Личность Матвея Ивановича Платова исключительно многогранна. Мы знаем его как бесстрашного полководца, мудрого политика, тонкого дипломата, рачительного администратора. Наряду с этим историки донесли до нас и свидетельства об исключительном обаянии Платова, о каком-то его особенном таланте психологического воздействия на окружающих. Био­графы почти в один голос отмечают, что он, как никто другой, умел вооду­шевить казаков, «вдохнуть в них свою душу».

В чем же причины этого необыкновенного умения? Несомненно, что их можно отыскать в глубинных истоках неповторимого феномена Платова - человека, вобравшего в себя черты подлинного народного самородка. Наши знания о своеобразии платовской натуры будут, думается, далеко неполными, если останется обойденной такая казалось бы неожиданная на первый взгляд их грань, как Платов и ... поэзия.

Не нужно быть специалистом-филологом, чтобы убедиться в исклю­чительной образности языка Платова. Достаточно ознакомиться с его высказываниями, рассуждениями, обоснованиями принятых решений, служебными письмами, рапортами, и становится очевидным: в них заложены впитанные с детства образы и сравнения донских казачьих песен, присказок, прибауток.

В народном творчестве отображен и сам образ Платова, любовно возвеличенный и колоритно опоэтизированный. Обратимся, например, к преданию о рождении донского героя.

Согласно легенде его отец, занимавшийся налаживанием судоходства на Дону, отправился на протоку осмотреть своё судёнышко. Вдруг проле­тавшая над ним птица уронила ему на шапку кусок хлеба. Когда же он подошел к берегу, то навстречу ему выбросился огромный сазан. Взволно­ванный произошедшим, казак вернулся домой и узнал о рождения сына, которому предстояло стать прославленным полководцем.

Согласитесь, что нетрудно постичь скрытый подтекст этого предания: сама природа словно бы приветствовала из поднебесных высот и подвод­ных глубин рождение чудо-богатыря. Она как бы возвещала о появлении могучего защитника донских просторов. Перед нами - опоэтизированный образ пришествия великана, исполина, богатыря, запёчатлённый в народной молве даже без помоши стихов.

Впрочем, тема «Платов и поэзия» интересна прежде всего выяснением роли Платова как героя и вдохновителя поэтического творчества. Стихи о легендарном донском атамане стали сочинять еше при его жизни. Вспомним хотя бы знаменитое стихотворение В.А. Жуковского «Певец во стане русских воинов». Оно было написано поэтом в героические дни Отечест­венной войны 1812 г. в Тарутинском лагере русских войск во время короткой передышки в боевых действиях. Это стихотворение, ставшее по всеобщему признанию одним из лучших поэтических памятников «российс­кой славы двенадцатого года», ярко запечатлело незабываемый образ Платова. Именно в нём наш знаменитый земляк был наречён «вихорь-атаманом», получив поистине на века столь символическое прозвище с легкой руки Жуковского.

Реакция Платова на эти стихи была весьма показательной. Ее описал много лет спустя большой знаток донской старины Ц. Мордовцев в забытом ныне историческом очерке «Кто-то вернётся?». В нем расска­зывалось, как однажды в 1812 году собрались на привале у костра знаме­нитые партизаны Денис Давыдов и Александр Фигнер, а также Надежда Дурова, Иван Бурцов и Александр Сеславин. По их просьбе Жуковский согласился прочитать написанного им незадолго до этого «Певца во стане русских воинов».

Во время чтения к костру незаметно подошёл Платов. Когда он услышал посвященные ему и донским казакам стихи, то решительно протис­нулся сквозь толпу и принялся порывисто обнимать Жуковского. При этом, по словам Мордовцева, произошло следующее: «Это - я-то «вихорь-атаман»? - воскликнул Платов. - Эх, стар я для вихря... Да и не стою такой похвалы. Всё это - мои детки, казаченьки, им хвала, их это слава»... Жуковский так смутился, что слова не мог сказать. Тогда всех выручил Давыдов: «Ваше превосходительство! - сказал он, поднося Платову полный кубок. - Ура! Наш вихорь-атаман, вождь невредимых Платов!» Ура, ура - загремело вокруг костра».

Дружеские отношения Платова с Жуковским и Денисом Давыдовым не были исключением. Весьма тесные приятельские узы связывали его с известным поэтом , драматургом и историком С.Н. Глинкой, издававшим журнал «Русский вестник». На ело страницах Глинка решительно выступал против вторжения в отечественную литературу чуждого ей иностранного элемента. Этот журнал сыграл важную роль в формировании национального патриотизма в России. Защищая русскую литературу и особенно поэзию от проникновения в неё иностранщины, Глинка не стал принимать в свой журнал стихов, в которых встречались иностранные слова и даже... мифологические имена. Этим он привлек к своему литературному детищу пристальное внимание всей поэтической России пушкинских времён. О журнале много говорили, писали, спорили, но мало кто знал, что для его издания Глинка получил неоценимую материальную помощь от Платова. Поэт, разорённый в результате наполеоновского нашествия, не смог бы продолжить издание «Русского вестника», но на выручку ему пришел Платов, приславший из-за границы довольно внушительную по тем временам сумму - 2000 рублей. По этому поводу Глинка с признательностью писал: «После 1812 года мне, дотла разоренному, он дал первый труд, и труд приятный».

Любопытно, что в сентябре 1815 года Платов навестил в Москве Глинку и предложил ему собрать и издать отдельно все, что было посвящено в «Русском вестнике» донскому краю. В то время Платов не мог еще осущест­вить такое издание на Лону, так как первую типографию ему удалось осно­вать в Новочеркасске лишь в 1817 году совсем незадолго до своей смерти.

Нельзя не вспомнить о заступничестве Платова за простого казака Е.Н. Котельникова, которого литературоведы считают первым донским поэтом. Разжалованный за незначительную провинность из есаулов в рядовые Котельников не смирился с несправедливостью и отправился с жалобой в Петербург к царю. Там казака задержали и выслали назад на Лон со строгим предписанием держать под постоянным наблюдением и ни при каких обстоятельствах не пускать в столицу. Платов, став наказным атаманом, не побоялся сделать Котельникова одним из своих ближайших помощников, взяв его на службу дежурным штаб-офицером и письмоводителем. В рядах платовских войск Котельников прошел немало европейских стран, освобождая их от наполеоновского ига. Причем, Платов, несмотря на строжайшее распоряжение петербургских властей не пускать бунтарски настроенного казака на глаза начальству, рискнул отправить его с важными депешами в Варшаву к Барклаю де Толли.

Донской атаман, разглядев в Котельникове даровитого литератора, стремился сделать его летописцем подвигов своих соратников, а, поэтому, очевидцем и участником их легендарных ратных свершений. И не напрасно: тема воинского подвига донцов в войне с Наполеоном стала одной из заглавных в творчестве поэта.

Высоко ценя притягательную силу поэтического слова, Платов решил украсить возведенные в Новочеркасске под его наблюдением триумфальные ворота не прозаической, а именно стихотворной надписью. К тому же он выступил не только в роли заказчика, но и строгого ценителя этих стихов, написанных директором местной гимназии А.Г. Поповым.

А еше можно вспомнить стихи Г.Р. Державина о Платове, общение атамана с поэтом и романистом Вальтером Скоттом. Кстати, Вальтер Скотт всю жизнь гордился тем, что Матвей Иванович пожал ему руку.

...Вдумайтесь: какая непривычная казалось бы связь имён: Платов и Жуковский, Ленис Давыдов, Глинка, Котельников... Прославленный полководец - и когорта знаменитых поэтов! Связь между ними была живой, реальной, наполненной значительными событиями. Вот в чём неожиданная новизна этой связи для каждого, кто открывает ее для себя. И была она, конечно, неслучайной: за перекличкой имен - пересечение судеб. Мир поэзии и тернистые пути ее творцов органически вплелись в суровую ткань судьбы самого Платова. Стоит ли удивляться тому, что кипучей, дерзно­венной натуре донского атамана были, как сказал поэт, особенно близки «и лиры звук, и сабли звон»?!


Понравилась статья? Поделись с друзьями!
Facebook Опубликовать в LiveJournal Tweet This


Оглавление   |  На верх


История и статьи
Созвездие тихого дона
Вход
Логин вводите на латинице:

Пароль:


Запомнить меня
Вам нужно авторизоваться.
Забыли пароль?
Регистрация
На сайте
Гостей: 10
Пользователей: 0


КАЗАЧЬИ ПЕСНИ
Казак FM







Реклама
ИСТОРИЯ
 
форум казачий стан
Веб студия Кухня вкусных сайтов
Разработка сайта LevKoWeb
KAZAKDONA.RU © 2007-2017
Работает под управлением WebCodePortalSystem v. 7.1.00